Rammstein - всё о немецкой индастриал метал-группе

Сайт о группе Rammstein - у нас можно скачать альбомы, клипы, песни, тексты, видео, концерты, переводы, фото

Пауль Ландерс


paul-landersИмя при рождении: Heiko Paul
Дата рождения: 9 декабря 1964
Место рождения: Берлин, ГДР
Дети: сын Emil (1987 г.р.), дочь (2001 г.р.)
Образование: музыкальная школа Фридрихсхайна (отделение танцевальной музыки, специализация – электро-гитара), специалист по телекоммуникациям
Места работы: почта, подсобный рабочий в розливе, кочегар в библиотеке (1983)
Музыкальное прошлое: Feeling B, Die Firma, Magdalene Keibel Combo, First Arsch
Должность в Rammstein: ритм-гитарист

Пауль Ландерс (нем. Paul Landers; род. 9 декабря 1964, Берлин, Германия) — немецкий музыкант, наиболее известный как один из двух гитаристов немецкой индастриал-метал группы Rammstein.

Стоит отметичть, что настоящим именем гитариста Раммштайн является Heiko Paul, а настоящей фамилией Hiersche (в 20 лет Пауль поменял первое и второе имя местами, тогда его полное имя стало звучать не Heiko Paul Hiersche, а Paul Heiko Hiersche. Потом он перестал использовать второе имя, а после женитьбы на Nikki Landers (1984) взял себе фамилию жены).

Биография Пауля Ландерса

Пауль — рекордсмен по количеству баек, сочиненных о нем в России. Возможно, виной является то обстоятельство, что гитарист неплохо знает русский язык, а возможно, недостаток информации о его семье — об этом остается только гадать. Так или иначе, но очень часто можно услышать, что Пауль родился в Белоруссии и зовут его на самом деле не Пауль, а Ваня. Что ж, фанатов Rammstein никто никогда не упрекнет в недостатке фантазии. Свое детство Пауль провел в Берлине, в районе Баумшуленвег. Жилых домов там было наперечет, и ничем особенным этот район примечателен не был, кроме наличия древесного питомника да крематория. Естественно, пока там не появился на свет Хейко Пауль Хирше. Учение-свет Паулю не понравилось с самого начала. «В школе мне всегда было жутко скучно, — рассказывает гитарист. – В первом классе меня отправили на курорт в Гарц, потому что я был очень слабеньким и часто болел. Там я все время плакал, потому что хотел домой... хотя я должен сказать, что это не было чем-то особенным – все детишки плакали по вечерам, оттого что не могли быть с родителями. Там я в первый раз попробовал мюсли, это было чем-то особенным на Востоке. У нас были «тетрадки здоровья», куда мы должны были записывать, почистили ли мы свою одежду, как делать массаж или готовить мюсли. А учиться нужно было только два часа в день, это обычно происходило после обеда, и обязательно на свежем воздухе, что я находил просто замечательным.» Пауль был самым маленьким в классе и впечатление на своих учителей производил достаточно болезненное (это, кстати, послужило почвой для легенды о том, что гитарист родился недоношенным). «Учителя постоянно спрашивали моих родителей, не принимаю ли я какие-нибудь наркотики – слишком уж рассеянным я был. У меня постоянно были круги под глазами и зеленоватый цвет лица. Их все время интересовало, не курю ли я сигареты с Nuth? Nuth – это был такой пятновыводитель, им обливали сигареты, а потом высушивали и курили. Ничего подобного я никогда не делал, но подозрения вызывал...» Родители Пауля оба были родом не из Германии – мать его родилась в Польше, а отец проиходил из немецгоговорящих районов Чехословакии. Отец был профессором славянских языков, мать преподавала русский язык в экономическом техникуме. Профессиональная принадлежность обоих родителей привела их к годичной командировке в СССР, Пауль тогда учился в третьем классе. Целый год он жил в Москве на улице Губкина, как раз напротив универмага «Москва», а учился в школе при ГДРовском посольстве. Русский язык ему, как и всякому ребенку, давался без особенных сложностей, и даже сейчас он еще не полностью забыт гитаристом – в чем мы имеем возможность убедиться всякий раз, когда группа приезжает в Россию. В бывшем СССР Пауль успел, однако, повидать не только столицу. Он ездил с родителями в отпуск на Азовское море, а на Украине в начале семидесятых была очень напряженная ситуация с продовольствием. «Мои родители ездили на рынок раз в неделю, — вспоминает Пауль. – Обычно это длилось целый день, потому что автобус приходилось подталкивать, когда он ехал в гору. А потом папа возвращался с тремя кусками масла – и это было совсем неплохо по тогдашним меркам. С тех пор мой отец видеть не может яйца, потому что тогда мы питались практически одими только яйцами – куриц вокруг было полно. Еще мама готовила «картошку в масле», просто варила картофелины в кипящем масле – получалась очень интересная еда. Хорошее во всем этом было то, что я получил возможность научиться простой истине – некоторых вещей может просто не быть. Когда я спустя год вернулся в Германию, я уже не мог больше вместе с остальными жаловаться на отсутствие кетчупа или простыней на постели. Я успел понять, что такое настоящая нужда. Возможно, опыт жизни в России стал причиной того, что я не рвался уехать из ГДР – я знал, что мы живем далеко не так плохо, как нам кажется. Сначала я конечно не хотел ехать в Россию и плакал... но после возвращения в Германию я спрашивал: «Папа, а когда мы поедем обратно домой?»» Однако «домой» ему выпало вернуться уже много позже и при совсем иных обстоятельствах – музыкантом. У Пауля была сестра на три года старше его, которая училась играть на фортепьяно. Фортепьяно стояло у них дома, и когда Пауль подрос, ему тоже не удалось избежать привлечения к занятиям музыкой. Но двенадцатилетнему Хейко оно абсолютно не нравилось, и его учительница музыки постоянно жаловалась на то, что он плохо себя ведет. Родители Пауля на этом не остановились и отправили его учиться играть на кларнете – руки его были идеальны для кларнетиста. Видимо, они крепко подозревали сокрытый в своем сыне музыкальный талант. Но, по словам самого Пауля, самые ценные знания, полученные им от своего учителя, касались того, как часто надо принимать холодный душ, чтобы не болеть. Регулярные занятия очень быстро наскучили ему, и он бросил заниматься игрой на кларнете. Маленький Пауль, как все мальчишки, промышлял крупным изобретательством в мелких масштабах – он усложнял и совершенствовал свой электронный конструктор, смастерил сигнальную лампу, которая мигала каждый раз, когда дверь в его комнату открывалась, и сделал еще массу полезных и не сильно полезных вещей. Параллельно он участвовал в кружке «Юные матросы», втайне лелея надежду как-нибудь съездить за границу – не будем забывать, что тогда это было не самым легким делом. Michel Jarre, Ideal – такими были музыкальные вкусы будущего гитариста. «Под влиянием моих друзей я слушал очень разную музыку, — говорит Пауль. – Но я никогда не мог стать настоящим фэном чего бы то ни было. Нет, один раз я все же попытался стать фэном Puhdis – просто из принципа, потому что все вокруг считали их дерьмом. Но я никого не смог переубедить, в этом смысле я был одинок. Восточный рок не нравился абсолютно никому в моих кругах.» Переломный момент наступил в жизни гитариста, когда тому исполнилось 14 лет. Историческое событие свершилось неожиданно, когда в папином шкафу молодой и полный энергии Пауль нашел старую пылящуюся там гитару. И попробовал на ней сыграть. Играть он не умел и никогда не учился – в его активе числились лишь одна разученная незнамо когда песенка и много фантазии. Но начало было положено. Через некоторое время родители Пауля получили лишний повод изумиться – сынок добровольно сел за фортепьяно и начал наигрывать нечто сочиняемое на ходу. Год спустя Паулем была куплена первая электогитара «Iris» — а надо сказать, что музыкальные магазины ГДР отнюдь не баловали посетителей большим разнообразием инструментов. Звук приобретенного инструмента Пауля слегка разочаровал, но пондобилось лишь немного фантазии – и гитара, подключенная сразу к нескольким динамикам, зазвучала по-настоящему громко. Обучение игре проходило по методу наиболее наглядному из всех до сих пор известных человечеству – Пауль наблюдал за игрой «крутых ребят» вроде Keks на концертах, а дома пробовал воспроизвести на своей гитаре то, что запомнил. Вскоре обучение начало понемногу давать свои плоды. На приемном экзамене в музыкальную школу Фридрихсхайна Пауль выдал несколько импровизаций, потому что играть по нотам представляло для него слишком большую сложность. Март 1983 года стал еще одним важным месяцем в жизни Пауля. Еще в 1982 он познакомился на концерте с Александром Кринингом, будущим барабанщиком еще не основанных тогда Feeling B. Крининг до этого уже какое-то время знал Алешу Ромпе, и они играли вместе в группе, которая называлась Feeling 14, потому что родина группы находилась на Метцерштрасе, в доме номер 14. Крининг там играл на перкуссии, а Алеша пел. Потом группа распалась и они стали искать новых людей, а начинающийся проект переименовали в Филинг Берлин. Тогда Крининг познакомил Пауля с Алешей. На басу у них сначала играла Татьяна Бессон из Die Firma, потом вместо нее пришел Отто Ляймер, который позаботился об их первой репетиционной точке. До этого все репетиции проходили на квартире у Алеши и соседи были от этого не в восторге. Позже Крининг привел в группу Флаке, с которым был знаком по школьному концерту. Так в 1983 году произошло знакомство будущих гитариста и клавишника Rammstein, и, одновременно с ним – основание одного из самых популярных в ГДР панк-проектов Feeling B. После школы последовало обучение на специалиста по телекоммуникациям – отчасти за компанию с приятелем, а отчасти потому, что это вновь давало некоторые надежды посмотреть, «как же живут там, на Западе». Единственной сложностью было то, что в то время Feeling B уже вовсю играли вместе, и Паулю вовсе не улыбалось ехать куда-нибудь по окончании учебы по распределению. Чудом избежав этого, он сменил несколько мест работы, везде устанавливая телефоны. В 20 лет, после одной из поездок на Хиддензее, Пауль нашел свою любовь. Любовь звали Никки Ландерс, и была она родом из Лейпцига. Три или четыре года они жили в нелегально занятой квартире на Инвалиден штрасе – на Востоке подобный способ приобретения жилья не был чем-то особенным. Свадьба, как, впрочем, и последовавший через пару лет развод, не были для Пауля ничем, кроме еще одного подтверждения того, что он стал «совсем взрослым». Что ж, гитарист и сам не возражает против того, что до сих пор остался ребенком в душе. От Никки Пауль после развода переехал к Флаке на Фербеллинер штрасе, а оттуда – в шестикомнатную квартиру на Фербеллинер 9, совсем по соседству с Алешей Ромпе. Эту квартиру они вскоре заняли легально. Холостяцкая жизнь с развеселыми вечеринками со временем сменилась оседлостью – в доме появились женщины. Чуть позже Пауль встретил Ивонне, которая родила от него сына Эмиля. Жениться во второй раз он не стал, но, когда они с Ивонне расстались, Эмиль остался жить с отцом. Так потихоньку началась совсем самостоятельная жизнь – вечеринки, концерты и снова вечеринки. Feeling B меняли состав, но основное их ядро – Пауль, Флаке и Алеша, — оставалось неизменным. Группа понемногу приобретала популярность в ГДР, выпускала альбомы, в 1990 году побывала в Париже, а в 1993 – добралась до Штатов. Филингам пророчили светлое будущее после падения стены, и, вероятно, оно бы стало таким, если бы не в самый ответственный момент Пауля, Шнайдера и Флаке не переманили в начинающийся проект, который назывался Rammstein... Сейчас Пауль живет в Берлине со своей девушкой и двумя детьми – Эмилем и родившейся в 2001 году дочкой. Какое-то время назад ходили слухи о том, что Пауль с Флаке хотят тряхнуть стариной и выпустить собственный сольник, набрав для совместной работы «ветеранов» из прошлых команд. Но пока эти слухи так и остаются слухами, — видимо, на серьезную самостоятельную работу требуется слишком много времени и душевных сил...

Цитаты Пауля Ландерса

Пауль о ГДР: «Я думаю, что Восток принес больше индивидульности в характерах. У нас было больше трусов и больше храбрецов, у нас не производилось такого „среднего арифметического“, как на Западе. Восток — очень жизнеутверждающая система. Не такая холодная и мертвая. Восток больше похож на алкоголика. Он словно бы древнее и одновременно с этим в нем больше жизни. Восток просто осязаем и коммуникативен, хотя и тяжел. Rammstein никогда не появились бы на Западе.»

Пауль об Америке: «Здесь могут устроить крик по такому поводу, по какому в Германии никто и бровью бы не повел. Забавно, американцы гораздо более открытые, немного наивные, как большие дети. Они все воспринимают не так серьезно, и, наверное, не такие утомительные, как немцы.»

Пауль о России: «В Москве я понял, что такое русская душа, что для человека очень важно. Допустим, ты сидишь рядом с русским в метро. Ты говоришь ему: „Какие у тебя хорошие ботинки!“ Он снимает их и дарит тебе. А если ты не хочешь их брать, он может тебя побить. Это невероятная страна. Такие сердечные и вместе с тем расслабленные люди.»